Собака-терапевт: золотистые ретриверы помогают «особым» детям

22.03.2013 | Просмотры: 3 414

Корреспондент АиФ.ru Людмила Алексеева побывала в центре канистерапии «Солнечный пёс» и узнала, как занятия с животными учат ребёнка общаться и понимать – людей.

«Колли, Ника, Джойка, Майка…» – по дороге на занятие школьник Женя перечисляет имена собак, по которым за неделю успел соскучиться. Было время, когда он их даже не замечал – даже, когда животные лежали рядом, виляли хвостом, касались лапами. У Жени – ранний детский аутизм. Одно время он с трудом осознавал пространство, не чувствал пол под ногами, а живых существ воспринимал исключительно как декорации. «Человека воспринимал как декорацию – дёрнешь его за свитер, он отмахнётся, как от помехи, и идёт дальше».

Чудес не обещаем

Центр канистерапии «Солнечный пёс» находится в обычной школе в Южном Бутово, на конечной ветке метро. О том, что в школе работают обученные собаки, здесь знает каждый. «Вы к пёсикам? На четвёртый, по коридору!» – быстро приходят на помощь ученики. Признаются: иногда бегают туда посмотреть за занятием, потому что давно мечтают о собаке.

«Солнечный пёс» – единственный в столице и один из первых в России центров канистерапии (за рубежом это направление обозначилось ещё в 60-е годы, тогда один из врачей обнаружил, что пациенты на приёме чувствуют себя лучше, если в кабинете находится собака). Сейчас сюда ходят десятки детей из Москвы и ближайшего Подмосковья. Подобные центры начинают открываться и в регионах.

Зал – просторный, хорошо освещённый. На столе – мешки с лакомствами для собак и немного человеческой еды: родители привели ребёнка на занятие, решили перекусить в свободное время. У мамы ребёнка «с особыми потребностями» такие минуты – большая редкость, всё время нужно быть рядом, следить, ни на что не отвлекаться.
Ретриверы вертятся под ногами, обнюхивают всех новоприбывших, заглядывают в глаза – как будто ожидают какой-нибудь команды. Их коллеги сейчас работают: вместе с детьми ходят по кругу, отрабатывают синхронные движения – похоже на простенький танец, но для многих это по-настоящему тяжёлая работа – успевать, работать по сценарию, иметь собственного партнёра.

Канистерапия – реабилитация ребёнка с помощью специально обученных собак – не метод лечения, а один из способов адаптации. Животные для этой цели используются достаточно давно – это и лошади, и дельфины. Собака рядом с человеком живёт уже много столетий, поэтому идея привлечь именно её озвучивалась давно. Во всём мире появляются школы канистерапии, но серьёзные исследования её эффективности только начинаются.

«Это очень кропотливая работа, чудес мы не обещаем никогда – только постепенного движения, вперёд, шаг за шагом, – поясняет Татьяна Любимова, создатель центра «Солнечный пёс». – К нам ходят дети с самыми разными диагнозами: неврология, ДЦП, ранний детский аутизм, синдром Дауна, соматические заболевания. Мы не можем их вылечить, мы не делаем какие-то операции, но мы способны научить ребёнка использовать свой потенциал, помочь родителям принять ребёнка таким, какой он есть».

«С тех пор, как у меня есть собака, я острее чувствую, что я – человек»

«Выйду ночью в поле с конём», – затягивает школьник. Пять минут назад он бросался реквизитом, носился по залу и выкрикивал всё, что приходит ему в голову, не замечая ни препятствий, ни разгуливающих вокруг собак. Сейчас он – в центре внимания, лежит, облокотившись на нескольких псов, перебирает их шерсть и старательно вспоминает текст. Рядом – волонтёры, которые и управляют ходом занятия – взрывной темперамент они смогли «обуздать» всего за пару минут. Ребёнок по-прежнему смотрит как будто внутрь себя – и всё-таки общается с окружающими.

Главное, что даёт общение с собаками, – уверенность в себе. Меняется самооценка. «С тех пор, как у меня есть собака, я сильнее ощущаю, что я – человек», – Татьяна Любимова цитирует Честертона. «Человек начинает чувствовать себя человеком, каким бы он ни был, как бы он ни страдал, какую бы умственную отсталость ни имел. Он начинает уважать себя сам».

Как и дети, собаки здесь – очень разные. Одна – активная, другая спокойная, у одной движения плавные, у другой – более резкие. Всё это можно использовать в работе – каждому ребёнку нужен индивидуальный подход. Так характер ретриверов превращается в один из инструментов канистерапевта. Олли – собака взрослая, 12-летняя – настоящий профессор, умеет подстраиваться под любого ребёнка. «У нас уже работают её дочка и внучка, а сама она занимается с самыми тяжёлыми детьми – и ещё учит молодёжь, подсказывает, что и как».

Опытная Олли смирно лежит на пушистом ковре, в то время как собаки помоложе в промежутках между своими «сеансами» суетливо бегают по залу, знакомятся с новоприбывшими. Один мальчик откровенно пугается. Скоро начинается его первое занятие – кто-то сразу воспринимает собаку, как друга и помощника, кто-то игнорирует, кто-то боится. Бывают и слёзы. Папа держит ребёнка за руку – мальчик становится немного спокойнее.

«Таких людей у нас отвергают»

Собаки живут вместе с волонтёрами – дрессировка, работа над характером не должны приостанавливаться. Татьяна Владимирова – мама ребёнка с аутизмом – сейчас стажируется как канистерапевт. «Когда родился мой сын, общество как-то не готово была воспринимать ни его, ни меня вместе с ним, – рассказывает Татьяна. – Сын был не способен общаться, кричал, много двигался, был гиперактивным и совершенно не мог взаимодействовать с другими людьми. Таких людей у нас сразу отвергают, стараются их спрятать – мне предлагали вообще сдать ребёнка в интернат».

Поддержку Татьяна нашла на занятиях в «Солнечном псе» – увидела других «особенных детей», их родителей, волонтёров, готовых помочь – бесплатно. «Так вышло, что помощь, оказанная бескорыстно, бывает гораздо больше, чем та, за которую ты даже готов платить. Другое отношение: тёплое, человеческое».

Татьяна решила стать волонтёром и помогать другим детям: сейчас её пес Шанти стажируется, проходит проверку. Сын к животному в доме привык – да и к миру вокруг начинает относиться спокойнее. «Такое ощущение, что он для него просто слишком велик, вот в чём проблема, – размышляет Татьяна. – Поэтому я пока не разрешаю ему выходить, например, в Интернет, ведь это ещё больше раздвинет границы».

Сын Андрей научил Татьяну особому отношению к людям – он оценивает человека здесь и сейчас: если видит доброту и понимание, воспринимает даже нового человека, как старого верного друга. Сейчас он ведёт собаку на поводке, наклоняется, треплет её по щеке. Смеётся. Андрей ходит в школу, учится заводить друзей. «Не могу сказать, что всё у нас теперь так безоблачно. Ребёнку сложно вписываться в общепринятые рамки, а это – отчуждение от общественных институтов. Радует, что сейчас об аутизме начинают говорить – может, в будущем ситуация изменится».

В углу на диванах сидит доктор-невролог – он следит за занятием, консультирует родителей. Тоже в качестве волонтёра – в свободное от основной работы время. Родители показывают снимки МРТ, приносят с собой пухлые медицинские карты.

Причинить добро

«Считать канистерапию каким-то направлением медицины – неправильно, так же как и доказать её эффективность – сложно, слишком тонкие материи задействованы, – рассказывает доктор Михаил Токмаков. – Грубо говоря, то, что собака может дать Маугли, здесь она ребёночку даст, если у него есть нужда. Это не всегда можно осознать, проговорить, ментализировать, но тем не менее они между собой договорятся таким образом, что ребёнку будет хорошо. Это какое-то сродство, общность, магнетизм. То, что не сделает мама, сделает собака, но нам сложно сказать, что именно она сделала. Но результат – есть».

К дверям подходит мама с коляской: она здесь первый раз, увидела объявление в Интернете, приехала, но стесняется войти. Родители указывают, к кому обратиться. Сегодня занятия до двух часов дня, но к расписанию здесь не привязываются – начинается знакомство с новой семьёй.

«Все дети разные, к каждому ребёнку нужно искать особенный подход, – размышляет Татьяна Любимова. – В противном случае можно «причинить добро» ребёнку, и вместо реабилитации начнутся срывы, неврозы. Именно поэтому у нас и к собакам очень высокие требования. Можно обучить на канистерапевта и дворнягу, но больше всего доверия вызывают ретриверы. Просто потому, что среди них чаще можно встретить собаку с теми качествами, которые нам нужны: надёжность, предсказуемость, желание сотрудничать с человеком. Я должна быть уверена в том, кого подпускаю к ребёнку».

Источник

Читайте также:

Рубрика: Новости

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

15 + десять =